Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:05 

Соитие.

химерная вечность
Все деревья в цвету, а мне по-прежнему снятся голые ветви и жухлая листва, Сны настолько явственные, что я ощущаю сырость травяного наста голыми лопатками, бедрами, я лежу прямо на земле, обнаженный и хладный, тяну руки к ветвям, и они тянутся ко мне тоже, переплетая свои корявые шершавые пальцы с моими, обвивая тонкие запястья прихотливыми завитками, капля едким белым соком плюща, тягучим, как вагинальная жидкость. Стекает по предплечью, и кожа становится грубой и темнеет, идет трещинами, ветви прорастают в меня, и я ощущаю, как древесные соки вливаются и смешиваются с моим собственным кровотоком. Я просыпаюсь, а это чувство...оно остается во мне. Сотни невысказанных слов роятся внутри, словно дикие осы, это гудение, мне кажется, что стоит только прислушаться, и окружающие тоже их расслышат, целый улей во мне, налитые на самом конце ядом жала, готовые вырваться, стоит только мне раскрыть рот. Но я молчу, и они жалят лишь меня.
— У вас удивительное лицо. — от незнакомца. — По нему невозможно прочесть ни мыслей, ни эмоций.
Не уверен, что это вообще стоит кому-то читать.
Фригидность весны.

00:53 

«Похвала отдалению»

химерная вечность
В роднике твоих глаз рыбак из морей безумия расставляет сети. В роднике твоих глаз обещания сдерживает океан. Я оставляю здесь: обретавшееся среди людей сердце, одеянье свое и блеск своих клятв — в темноте я темнее и обнаженнее. Верность моя в вероломстве. Я становлюсь тобой, лишь когда остаюсь собой. В роднике твоих глаз плывет мой разбойный корабль. Сеть ловит сеть: мы покидаем друг-друга в объятьях друг друга. В роднике твоих глаз и виселица, и висельник, и веревка.

Пауль Целан






@темы: «Когда мы не сможем с тобой говорить, я буду тебе...петь»

21:01 

химерная вечность
Побудь со мной, побудь моим добрым доктором. Девочка боится забраться на высокую горку и просит других детей, которые не боятся - давайте ходить по земле. Она смотрит на них снизу, им не страшно, ей же - чувствовать себя ущербной, слабой рядом с ними, так это начинается. Я не люблю себя...я не умею беречь себя, я тот ребенок, что боится быть слабее и лезет, загоняет себя на самые крутые горки. Это тоже страх, если бы я мог резать себя, если бы я мог болью лечить эту боль...но я не умею. И ненавижу себя по-своему, как могу, раскачивая эти качели в надежде на то, что кто то заметит, как мне страшно, безумно страшно на них, остановит сильной рукой эту бешеную амплитуду, снимет меня, дрожащего, с них. Но этого нет, и я ненавижу...ненавижу, я не смог быть лучшим. И смириться с этим сложнее чем не быть вовсе. И я снова кидаю себя к самым высоким горкам. Я снова пишу письма тем, кто даже не дочитает их до конца. Прошу побыть рядом, чтобы чувствовать что-то живое, что-то теплое. Неважно что. Все равно не сумеет согреть. Слушай, я не скажу этого никогда тем, кому я зачем-то дорог, могу только тем, кому безразлично, поэтому говорю тебе. Я захлебываюсь этими выцветшими этажками, этими стенами, огнями пляшущими на воде. Всеми этими словами, я захлебываюсь, их некому мне нести. И я наказываю себя снова, за каждую невзятую высоту, за каждое недостижение. А ты...побудь моим добрым доктором. Вяжи мои руки, когда я пытаюсь ногтями выцарапать из себя этого ненавистного мне Себя.

URL
20:57 

Животворящие пиздюли и прочие радости офисного планктона

химерная вечность
Чтобы не множить дыбр-постеги в своей аутичной днявочке, смешаю коктейль из моего собственного долбоебизма и трудоголизма окружающих. Нет-нет, сам то я вообще не такой, ну или...не всегда такой.
Во всяком случае, в тот вечер я ушел на два часа раньше, дыа)

В понедельник в программе службы безопасности случился сбой, а дело все в том, что отдел N** в почти полном составе ушел с работы только на следующий день после прихода, то бишь во втором часу ночи (угадайте, кто, аки золушка, убежал с ударами курантов?). И теперь, каждый день в конце рабочего дня мы имеем радость лицезреть безопасников, которые видимо просто не верят что мы можем все это время работать. Чуваки заглядывают поочереди в восьмом часу вечера с таким видом, будто надеются обнаружить тут пьянку и дикие оргии. Фигеют и уходят восвояси.

***

Чемпион по долбаебизму. Гений самоуничтожения блять. Хочешь грамотно и безотказно покончить тобой? Спроси меня как. Закрытие дня, закрытие месяца, закрытие квартала, ночевка на работе гарантирована, и надо выложиться, а я вместо этого делаю что? Правильно, умираю от низкого давления, и пью таблетку ПОНИЖАЮЩУЮ давление. Ну вот сиди и лови приходы, Аль, раз нет привычки думать, прежде чем тащить всякую хуйню в рот.

запись создана: 31.03.2014 в 14:53

20:30 

Напряжение 220

химерная вечность
Странное чувство меня преследует в последнее время, в транспорте ли, на улице, где бы я ни был, во всех людных местах, я будто бы жду, я насторожен, даже наушников надевать не хочется, словно боюсь пропустить. Мне кажется, что вот-вот, кто то тронет меня за плечо, окликнет, поймает ладонь, и я узнаю этот голос, я узнаю эти глаза, и окажется, что я все это время ждал, не зная сам того, ждал именно этого человека, и будут чувства, и будут слова, долгожданные, те самые, которые должны прозвучать именно в этот момент. И я буду повторять — как же долго тебя не было...как же долго — растерянно, не зная, что сказать еще.
Но люди бегут, лица сменяются. А это чувство, это внутреннее напряжение...оно не дает покоя.

@темы: «Я не особенный. Я — это тень моей тени»

12:13 

Боль, ангст и грязные пеленки

химерная вечность
К слову, о возрасте, мне уже четвертак, а это значит что? Нет, я не о том, что я зря не бухал до сих пор, потому что теперь я не смогу этого делать без мук похмелья, и не о том, что я становлюсь оборотнем, и не могучим волком с роскошной серой шкурой и острыми кинжалами-клыками, а кротом, которому приходится щуриться чтобы разглядеть очертания трамвая в пятнадцати метрах от носа, но то, что все мои сверстники уже благополучно обзавелись полчищами спиногрызов, а некоторые даже по паре штук, и мне с ними (о боже!) приходится частенько общаться. Отсюда вопрос. Почему, блять женщины говорят о своих детенышах и о себе во множественном числе, зачем? Представляют ли они как это звучит со стороны? "А мы поели, а нам годик...а мы покакали" и тут моя богатая фантазия представляет, все это действо и меня тянет проблеваться. Такое ощущение, что они сами возвращаются в этот сопливо-пеленочный возраст, да, интеллектом тоже. И еще. Мне одному кажется это патологическим нежелание мамаши признавать детеныша отдельным от себя организмом?

@темы: «А я курю, отбросив все слова. И думать вредно — жалкое пристрастие»

06:44 

химерная вечность
...а потом, ты взрослеешь.

URL
21:13 

Брюзжание

химерная вечность
Внезапно накипело. Нет, я не хочу о политике как таковой, я снова о людях. Здесь и не здесь так много звучало про этот ваш...точнее, уже наш Крым, про политические бурления, и все то, что, право, похоже на арену где всяко-разные звери демонстрируют кто на что способен, в общем - цирк. Но черт подери, как же меня бесят недалекие и малообразованные люди берутся исторгать свои поверхностные мыслишки, давая оценку тем или иным событиям, размышляют о столь недоступных для их скудных умишек вещах, как международное право и историческая справедливость, что становится тошно. Ей-богу, иногда лучше жевать, чем говорить.

@темы: «А я курю, отбросив все слова. И думать вредно — жалкое пристрастие»

21:05 

Мне снится оттепель

химерная вечность
Есть такое понятие в медицине, как лечебный сон, с которым я знаком лишь едва, но идея которого мне весьма подходит в нынешнем моем состоянии. Это похоже на глубокую заморозку, это словно бы температуру тела опустили до 32-33 градусов, когда организм перестает ощущать вообще что-либо. Все ощущается приглушенно, издалека, словно бы я погружен под толщею воды. Движения плавны, реакции замедлены. И в этом состоянии я завис. Я ощущаю себя приложением к рабочей программе, механизмом, который вполне себе помнит каково это — чувствовать, знает, как нужно реагировать на те или иные раздражители, и реагирует скорее больше по памяти, по инерции, потому что так надо — на улыбку отвечать улыбкой, на попытки задеть — отпором, на нежность — нежностью, но не потому что ощущает что либо сам. Я настолько виртуозно научился избегать все то, что способно меня спровоцировать на эмоции, огибать неудобные мне темы, уходить из диалога, когда он вытекает в неприятное мне русло, что делаю это автоматически, убирая из своего окружения все то, что хоть сколько нибудь может задеть меня. И теперь, когда я пытаюсь себя вывести из этого отмороженного состояния, это выглядит так... неумело и нелепо, что самому неловко за себя и хочется забить и бросить попытки из себя что-то там извлекать. Попытки с кем-либо сближаться больше позволенного. Попытки согреться и бросить курить.

@темы: «А я курю, отбросив все слова. И думать вредно — жалкое пристрастие»

01:14 

Асимметрия

химерная вечность
Давно хотел это попробовать, спасибо Ловчий->. У меня едет плеер, че то я не то сделал...это всегда так заебисто, или ты делаешь как-то проще?
И... Да, эта песня лейтмотив последних моих пары месяцев.


@темы: «Когда мы не сможем с тобой говорить, я буду тебе...петь»

12:40 

Проводник тепла

химерная вечность
Словно тончайшая паутина, растянувшаяся лучами-струнами под самым потолком, словно незримая наэлектризованая сеть, которая обволакивает всех присутствующих в кабинете, и каждый импульс, рождающийся в ее переплетениях доходит до сидящего в углу человека. Словно все эти нити -его собственные нервы, и они уходят ему под кожу, словно все мы - часть единого организма. Он слышит все диалоги и реплики, он замечает все и всегда. Он в курсе каждой операции, любой возникшей проблемы, начиная от личных и мелочных и заканчивая глобальными, у него такая работа - всех контролировать. Первый и, пожалуй, единственный человек, которого я мог бы назвать еще более обескоженным, чем я сам. За ним вкусно наблюдать, его взгляд шершав и ощущается кожей, такой непосредственный, искренний и открытый, что может подбежать и обнять, теплый. Да, он теплый, но в то же время.... Способный выхолодить душу одной толькой фразой, цепким внимательным взглядом. Он никогда не кричит, но его молчаливое бешенство заставляет пригнуться к столу, чтобы стать незаметнее. Всегда на грани, еще немного, и кажется, что его пальцы начнут высекать искры из жестких кубиков клавиатуры. И кабинет без этого мощного проводника становится больше и холоднее.

@темы: «А я курю, отбросив все слова. И думать вредно — жалкое пристрастие»

01:03 

Приветственный пост

химерная вечность
Часть 2
Список составил условненько так, ибо не помню, кого уже общал а кого нет, но пообщаться повторно я как бы не против, да.

Список тех, кто меня упрямо игнорирует и еще один новоприбывшиеhappy seagull, de7perate, скотский пряник, cvami_1, perkele.Oy,ola cha, Lady Cleves, чудо в камелотах
Добро пожаловать, какими путями ко мне?)


Краткий ликбез по миру и персонажу:
Тут можно задать мне вопросы.
Тут можно ознакомиться с тем, что я вообще из себя представляю и каких взглядов я придерживаюсь.
Тут можно найти способ высказаться анонимно и безнаказанно обо всем, что накипело.

* — имена высвечиваются до тех пор, пока мне не надоест ждать.
** — буду просить, хоть ненадолго, открывать закрытые дневники, чтобы я знал, кто меня читает.

запись создана: 15.08.2013 в 16:53

@темы: «На самом деле, я люблю людей. Под винным кисло-сладким соусом»

23:45 

Из разговоров с.

химерная вечность
— Ты изнаночное животное. — сказал мне человек в бункере, замолчал ненадолго, чтобы потом продолжить. — Вот скажи мне, чем для тебя реальность отличается от Изнанки?
— В ней есть то, к чему мне хочется возвращаться, то, чем я дорожу. Якорь, твердыня... — отвечал я, пытаясь передать свои зыбкие ощущения.
— А если этого не осталось в реальности, что тогда? Если то, что тебе дорого, за что ты цепляешься, осталось только в твоих снах, что тогда для тебя реально? — я запнулся, не зная, что на это ответить. — Ты уверен, не проснешься теперь и все, за что ты цеплялся не окажется тоже частью сна, уверен? Что не назвал реальностью то, во что тебе удобно было поверить? — я молчал.
— Ты потерявшееся изнаночное животное.

@темы: «Они меня нашли, когда я крепко спал...»

23:02 

Самокопание, проматываем

химерная вечность
Не так давно мне высказали мысль, заставившую меня покопаться в себе. А мысль совершенно банальна и не нова, но все же — мне сообщили, что я эгоист и мало кем интересуюсь кроме самого себя. И я спешу заверить, что на самом деле — все так и есть. Людей, которыми я интересуюсь, действительно очень мало. И дело не в том, что я так себялюбив и зациклен на себе, тут дело в другом — я интересуюсь только теми людьми, которых решаю вписать в свою жизнь основательно и надолго. У меня очень хорошая память, скажу даже более того, если человек мне важен, я без лишних усилий запомню все, что касается его, начиная от того, сколько ложек сахара он добавляет в чай, заканчивая расписанием занятий/режимом работы, вплоть до диалогов, которые очень часто могу процитировать чуть ли не дословно, даже спустя пару лет, и эти воспоминания не имеют срока давности. Просто если я начинаю интересоваться кем-то, вписывать его в свою память, то я... Пускаю его в себя, я даю ему место внутри себя, я ставлю статус «важно» на всем, что относится к человеку, который мне важен сам по-себе, и я буду жаден до всего, что касается данного человека. Я умею слушать, слышать и запоминать, стремлюсь исследовать и копаться в том, кто мне интересен, я стремлюсь понять, как он мыслит и чувствует. Но если я понимаю, что человек всего лишь переменная в моей жизни, и вижу, что он не задержится, я не сочту нужным даже интересоваться чем либо, чтобы не засорять память. И еще одно наблюдение — если я резко пресекаю поток информации от человека — то я уже вычеркнул его из жизни, и уже не смогу изображать заинтересованность даже из вежливости. Я могу продолжать общаться, быть приветлив и дружелюбен, но я уже отгородился стеной, и я не смогу ее разрушить, даже если сам этого захочу.

@темы: «А я курю, отбросив все слова. И думать вредно — жалкое пристрастие»

16:32 

Когда я приду

химерная вечность
...раскатом грома, что на горизонте,
я словно ветром вывернутый зонтик
в твоих руках, я напряженность спицы
натянутой материей, я птица,
затянутая в средоточие бури,
отчаянность плененных сотен фурий.
и взгляд навис взведенной гильотины
точенным лезвием над головой. Плотина
невысказанных слов прорвав, обрушит
свой шквал на плечи не умевших слушать,
я центрифуга в оптике прицела,
я иероглиф.

@темы: «Пишу о сексе в рамках никотина. Я просто не умею о любви»

21:19 

Конец прекрасной эпохи.

химерная вечность
У меня тут много приветственных постов, наверное настало время и для прощального. Я долго думал об этом, и это не импульс, а продуманное многократно решение. Я хочу оставить этот дневник, потому что на его ведение нет ни времени, ни желания сейчас. Нет, другого дневника я заводить не собираюсь, на данный момент, мне кажется, я сказал все, и даже больше. Если через энное количество времени я смогу разобраться в себе и решу, что мне есть что сказать... Но я не уверен, что это произойдет. И если даже...то это будет не скоро. Дневник не закрываю. Всегда ваш, папа Птиц.

@темы: личные посвящения

URL
07:26 

Есть только ночь

химерная вечность
Это странное чувство, когда ты приходишь с работы в полночь, чтобы в семь утра уже быть на полпути на работу. Зеленый шелк рубашки контрастирует с мертвенной бледностью лица. Я вижу день только из окна своего кабинета, и уже в него не верю. Это Босх в потемках.

23:06 

Настроенческое

химерная вечность
«я не пахну ванилью и не курю в окно. чёрт, я самый обычный, простите» ©

Эта фраза стала лейтмотивом всего моего сегодняшнего вечера, много чего тут хотел сказать, но потом задался привычным уже вопросом — нахуя? И забил.
Слушайте музыку, господа. Она великолепна.

Quidam — шоу, спродюсированное Цирком Du Soleil. Quidam возникло как шапито-шоу с его создания в Монреале, но было преобразовано в формат арены. Шоу рассказывает о грустной молодой девушке Зои, от которой отдалились родители. Она придумывает себе загадочный мир Quidam. Это то место, где можно забыться от монотонности и серости окружающего мира. Название Quidam означает «Некто»: безымянный прохожий, одинокая фигура, задержавшаяся на углу, человек, пронесшийся мимо… Тот, кто кричит, поет и мечтает внутри каждого из нас.



@темы: «Когда мы не сможем с тобой говорить, я буду тебе...петь»

21:40 

Ана-Бейит

химерная вечность
— Темиркан, — мать зовет, чтобы накормить оттаявшей олениной мальчика, но он жмется к брюху остывающей юрты, приходится подняться, с трудом перебирая ноги, идти к нему. Он не хочет есть с того самого утра, когда они, откинув полог юрты увидели оленей, вмерзших в землю как стояли. Их глаза заиндевели, и, покрытые тонкой коркой льда, смотрели прямо на них. Мальчик жался к ее ногам, плакал, но она уже не могла спрятать от него умершее стоя стадо, окружившее одинокую юрту. Она выходила только затем, чтобы отколоть льда от промерзшей реки, заполнить им тяжелые бурдюки, приволочь их оттаивать в юрту и затем, чтобы, изогнутым ножом содрав шерсть, отрезать кусок плоти от замерзших перед юртой оленей. Ее точила болезнь, и с каждым днем она становилась все слабее.
— Мама, а когда папа вернется? — спрашивал он снова и снова, с тех самых пор, когда все мужчины племени ушли за рыбой по большой воде, и ей надо было что-то отвечать.
— Если ты не будешь есть, ты не увидишь, как он вернется, тебе надо поесть, тебе надо вырасти, большим и сильным, чтобы отец, вернувшись, не поверил, что перед ним его маленький сын.
— А когда я стану большим и сильным, ма? — за разговором она кормила его с рук, кусочек за кусочком.
— Станешь, Темиркан, всему свое время... Придет и твое, ты вырастешь и приведешь самую красивую невесту во всей степи. И лицо ее будет плоское, сама как степь, и глаза узкие, чтобы духи не смогли проникнуть ей в душу.
Мальчик замолкал, подолгу вслушиваясь в завывания ветра. День в степи короток, а ночь длинна, и в час, когда начинало светать, она откидывала полог юрты, и, устроившись на облысевшей, выжженной земле, принималась играть на варгане.
— Почему ты играешь, мама, там ведь никого нет, никто не услышит тебя... — он подходил, прижимаясь к ее спине, и задирал высоко голову к небу, туда, где искрясь и переливаясь, выводило свой безмолвный танец над бесплодной пустыней северное сияние.
— Меня слышат духи, я играю им, — отвечала она, — чтобы там, на Большой воде они берегли твоего отца, чтобы они сжалились над нами и привели его обратно.
После одной из ветреных ночей она не смогла встать, чтобы отправиться с бурдюками к реке, вода в юрте кончалась, огонь угасал, а вместе с ним и она, безмолвно и молчаливо. Только снующие по стойбищу отощавшие собаки все ближе подбирались к юрте, обгрызая до костей оленей.
— Акмаи... Акмаи, иди сюда, хорошая... — одними руками она тянулась к скалящейся псине, чтобы отловить ее, и, распоров шею, сцедить тонкой струйкой кровь собаки в глиняную чарку. Она подносила теплую песью кровь к губам ребенка.
— Пей, пей по глоточку, — ребенок морщился, плакал, беззвучно, одними глазами, но выпивал по глотку. — Ты помнишь? Ты помнишь, Темиркан, как отец учил тебя приручать огонь?
— Он кусается, от него больно... — бормотал ребенок.
— Ты должен его приручить снова, маленький. Огонь — это жизнь, но если ты не сможешь с ним поладить, он может обратиться в смерть, ты ведь у меня большой уже, уже настоящий мужчина, да?
— Да, мама, я смогу.
— Ты должен идти к реке, набирать воду, когда пить станет нечего, маленький, теперь ты должен позаботиться о себе сам.
В это утро, когда ребенок проснулся, он нашел три чарки до краев наполненные остывшей кровью. Мать сидела за пологом юрты, сжимая намертво замерзшими пальцами варган.
И только вокруг, бескрайние и бесплодные, простирались Серединные земли желтых степей.


Ана-Бейит — Материнский упокой
* — я знаю, что географически степи и северное сияние несовместимы, но мое подсознание с этим не пожелало соглашаться.

@темы: «Они меня нашли, когда я крепко спал...»

00:59 

Плакальщики

химерная вечность
...им платят за переправу и за отпев. Их всегда шестеро, и они укрыты черными балахонами, под которыми не разглядеть ни лица, ни очертаний фигуры. Только высохшие когтистые кисти рук, испещренные жилами. Плакальщики, так их называют за то, что они готовы оплакать того, о ком плакать некому. Они несли меня к перекрестку четырех дорог, стылого, несли меня в утренних сумерках, по заиндевевшей, промерзшей земле. Они знали, что переходить лучше всего на разломе, когда обнажаются трещины мира, сумерки - это порог, та самая переправа, через которую уходят пограничные, те, кто обитал в нескольких пространствах сразу.
Они шли в ряд по трое, к вырытой под дубом могиле. Я был мертв, но когда они опустили меня в нее, я увидел небо в тонких узорах ветвей, расплесканные чернила на сером пергаменте неба. Замыкавший процессию нес на поясе балахона потертые от времени песочные часы, они называли их Схроном, и по кайме их шла надпись «Смертью все начинается. И кончается все тоже /здесь строчка возвращалась к началу/ Смертью», и так по кругу.
Они похоронили меня на перекрестке четырех дорог, а после, Замыкающий подхватил Схрон, висевший на грубой бечевке, и прокрутил его в обратную сторону, и время с момента моего выхода из разлома пошло для меня вспять. На сороковину я родился мертвым и в этой, новой реальности я должен был найти обратную дорогу от смерти к жизни.


@темы: «Они меня нашли, когда я крепко спал...»

Raven Hall

главная